Andrey (![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} oder_k) wrote,@ 2006-11-13 18:04:00 |
|
Дефект слуха
Все-таки для меня есть слова и выражения, которые из контекста принципиально не вырываемы.
Цитата из одного "нового правого" деятеля:
У старшего и младшего поколений есть одна принципиальная разница.
...
Что общего у Шендеровича и Леонтьева? А то, что и тот и другой испытывают эмоциональную привязанность к постсоветским республикам. Они туда ездили на отдых, на заработки, у них там друзья - и Союз до смерти будет сидеть в их мозгах, гвоздем не выковырять.
Не то я. Для меня эти страны - именно страны, а не бывшие провинции, и мне они чужие. Я не воспринимаю их как часть своего мира, мне безразлично, что там делается, Киев, Бишкек, Баку или Тбилиси могут хоть сквозь землю провалиться - мне что за печаль? Это чужие страны, даже не ломоть отрезанный. Я их никогда не знал и знать не желаю. Они могут хоть любить меня, хоть ненавидеть - мне не нужна их любовь, и мне безразлична их ненависть.
И поэтому с этими странами мы простимся. По очень простой причине. Я моложе этих стариков. Россия - это я, а не они. Они уйдут, а я останусь. И будет по-моему.
Tomorrow belongs to me.
А я вижу и слышу только это: Tomorrow belongs to me. Вот такой дефект слуха.
But your tomorrow belongs to him, really. Beware.
Все-таки для меня есть слова и выражения, которые из контекста принципиально не вырываемы.
Цитата из одного "нового правого" деятеля:
У старшего и младшего поколений есть одна принципиальная разница.
...
Что общего у Шендеровича и Леонтьева? А то, что и тот и другой испытывают эмоциональную привязанность к постсоветским республикам. Они туда ездили на отдых, на заработки, у них там друзья - и Союз до смерти будет сидеть в их мозгах, гвоздем не выковырять.
Не то я. Для меня эти страны - именно страны, а не бывшие провинции, и мне они чужие. Я не воспринимаю их как часть своего мира, мне безразлично, что там делается, Киев, Бишкек, Баку или Тбилиси могут хоть сквозь землю провалиться - мне что за печаль? Это чужие страны, даже не ломоть отрезанный. Я их никогда не знал и знать не желаю. Они могут хоть любить меня, хоть ненавидеть - мне не нужна их любовь, и мне безразлична их ненависть.
И поэтому с этими странами мы простимся. По очень простой причине. Я моложе этих стариков. Россия - это я, а не они. Они уйдут, а я останусь. И будет по-моему.
Tomorrow belongs to me.
А я вижу и слышу только это: Tomorrow belongs to me. Вот такой дефект слуха.
But your tomorrow belongs to him, really. Beware.
